| Николай Онищук: ’’Верховная Рада будет иметь право принимать законы, пока президент не восстановит действие своего указа’’ |
Михайлина СКОРЫК, «Профиль»
Минюст – юридический центр, обеспечивающий государственную экспертизу многих решений, рождающихся в правительстве, Секретариате президента и Верховной Раде. Соответственно, министр юстиции по должности – человек, хорошо проинформированный о намерениях всех конкурирующих между собой центров власти. «Профиль» решил выяснить у Николая Онищука, состоятся ли парламентские выборы и каким образом будет преодолен политический кризис в стране.
Сначала президент объявил досрочные парламентские выборы, потом отозвал свои указы. Сейчас Верховная Рада работает в обычном режиме, а депутаты всех фракций признают, что к Новому году выборов уже не будет. Какой может быть юридическая развязка этих событий?
Очевидно, что в ближайшее время должно быть найдено политическое, а значит, и правовое решение относительно досрочных парламентских выборов. Формально юридически – ситуация понятна. Президент остановил действие своего указа. Мотивы изложены в самом указе. Во-первых, это необходимость принятия парламентом ряда законов, чтобы предотвратить финансово-экономический кризис, а во-вторых, обеспечение финансирования выборов.
Но те мотивы, каким руководствовался президент, останавливая действие своего указа, пока реализованы лишь частично. Должны быть проведены консультации с руководителями фракций. Объявление президентом выборов именно сейчас выглядит не очень целесообразным, ведь тогда они придутся на каникулярное время. Таким образом, парламент пока работает, так как действие указа о досрочном прекращении его полномочия остановлено. Это значит, что право парламента принимать законы является восстановленным. И Верховная Рада будет иметь это право, пока президент не восстановит действие своего указа или не примет другое конституционно-правовое решение по этому поводу.
Какие варианты развития событий вы видите?
Первый – назначение выборов, если парламент выделит средства или будут найдены другие легитимные способы финансирования выборов. Второй – поиск такого политического решение, которое создаст предпосылки для нормализации политической жизни, позволит по-другому посмотреть на существующую систему конституционной организации власти. Имею в виду, прежде всего, фракции, наиболее мощно представленные в парламенте.
Особенность этого парламента в том, что он работает без коалиции.
Если вдруг до или после 23 ноября будет создана коалиция в парламенте, у президента исчезнут основания объявлять досрочные парламентские выборы?
Это тот случай, когда президент должен решить, как ему поступить. Т.е. создание коалиции после истечения 30-дневного срока не создает для главы государства обязанность отменить свой указ. Но может быть основанием для отмены указа.
Другими словами, если в парламенте по результатам определенного политического процесса будет восстановлена или создана какая-то коалиция, и президент будет считать, что создание такой коалиции отвечает государственным интересам и позволяет выйти из политического кризиса, нормализовать законодательный и политический процесс, то при таких обстоятельствах он может отменить свой указ, тем самым признав конституционное право новой коалиции на формирование правительства.
Вы как юрист знаете, что любые действия можно объяснить юридическими терминами, но как политик президент действует непоследовательно...
Скорее наоборот. Но когда он соответствующее принимал политическое решение, мы не чувствовали таких вызовов, связанных с мировым финансовым кризисом. Нельзя недооценивать эти угрозы.
К счастью, Украина вышла из состояния паники на рынке финансов и, в том числе, обменного курса гривны к доллару. Но судя по потому, что творится в мире и учитывая очередной всплеск негативных индикативов фондовых рынков, ситуация снова начала ухудшаться. Судя по всему, эта тенденция будет себя проявлять и в Украине.
Любое политико-правовое решение должно учитывать реалии, в том числе и экономические. Поэтому возникшая пауза обусловлена в значительной мере и этими обстоятельствами. Думаю, что глава государства оценивает ситуацию в контексте возможного алгоритма последующих действий.
То есть президент, фактически, отреагировал на призыв премьера к политикам примириться, объединиться на период кризиса и отменить выборы?
Президент, с учетом его образования, профессионального и жизненного опыта, является специалистом в финансово-экономических вопросах. Не думаю, что это реакция на призыв премьера. Позиция президента - это объективная оценка ситуации. Глава государства принял бы это решение независимо от того, были бы призывы других госслужащих или нет.
До 1 января 2009 года, скорее всего, не будет оглашено точной даты выборов?
Решение этого вопроса зависит от президента, его видения путей урегулирования политического кризиса и от готовности руководителей ведущих политических партий действовать адекватно. Тема выборов может быть снята с повестки дня, только если будет предложено и согласованно политико-правовое решение, которое позволит разрешить конфликты, устранить их причины. Просто так, в контексте текущих событий, позиция относительно выборов, по моему мнению, изменена не будет. А когда они будут проведены, если решение останется неизменным, - это вопрос технологический.
Каков сейчас статус Кабинета министров?
По действующей Конституции, в случае развала коалиции правительство функционирует полноценно. Есть определенное внутреннее противоречие в том, что коалиции нет, а правительство существует. Возникает вопрос: чье это правительство, чью политическую волю оно реализует? Вместе с тем констатирую: конституционно-правовой статус правительства является надлежащим.
Вам удобно так говорить - вы же министр!
Политическую уязвимость такого положения я вам только что описал.
Министры от НУ-НС предупреждали, что они могут уйти со своих должностей. Почему этого не произошло?
Моя позиция такова: министры должны или работать в правительстве, или подать в отставку. В сентябре, на заседании правительства, министры от «Нашей Украины» предупредили, что будут действовать соответственно с политической волей фракции и главы государства. Уход в отставку в политическом блоке признали нецелесообразным. Поэтому министры-«нашеукраинцы» продолжают работать в правительстве.
Тем не менее, в случае отставки части министров, стал бы очевидным вопрос проведения выборов...
Когда политическая конкуренция обостряется в пределах парламента, это является нежелательным, так как тогда он не принимает законы. Но когда физически не работает правительство, то возникает угроза для ежедневного функционирования страны. Важно, чтобы правительство, независимо от того, какая политическая температура в парламенте, был способен принимать решения. В этом его особенность. Поэтому президент действует таким образом, чтобы политический процесс не заблокировал деятельность правительства как такового.
А какова сейчас атмосфера в Кабмине? Вам комфортно работать с «бютовскими» министрами?
Атмосфера рабочая, все министры толерантны, корректны и опытны. Взаимоотношения формируются с пониманием того, что работа каждого министра - это не его частное дело. Министр выполняет публичную функцию - руководит отраслью, которая непосредственно касается жизни граждан, интересов Украины, общества, государства.
Те демарши, какие мы наблюдали в сентябре, были больше игрой на публику?
С момента, когда коалиция распалась, когда речь шла о политической оценке деятельности правительства, мнения были разными. Возникала потребность заявлять о политической позиции министров. Однако, процентов на 90-95, вопросы, выносящиеся на рассмотрение правительства, не имеют политической составляющей. Министры сознательно удерживаются от политической оценки решений, рассматривающихся на заседаниях Кабинета министров. Это позволяет правительству выполнять те конституционные обязательства, возложенные на него, независимо от того, как идут политические споры.
Как часто вы общаетесь с премьером?
Когда в этом возникает потребность. Не каждый день.
Это происходит чаще, чем с президентом?
(Смеется.) По-разному. Иногда -чаще с президентом, иногда - с премьером. Вы должны понять, что министр юстиции неформально занимает особый статус в правительстве. Ведь Министерство юстиции Украины выступает правовым экспертом чуть ли не всей нормо-проектной деятельности в государстве. Именно к нам поступают на экспертизу постановления или распоряжения правительства, проекты законов и законы, направляемые на подписание президенту. Мы должны действовать как коллективный «правовой эксперт», не привнося политическую составляющую. Ведь эксперт не имеет права быть заангажированным. Мировоззренчески я могу симпатизировать кому-то больше, кому-то меньше, но это не влияет на выводы Минюста.
Вы можете утверждать, что на протяжении августа-ноября ни один закон, постановление Кабмина или указ президента не прошли мимо вашего министерства?
Что касается правительства, то уверяю, что ни одно решение правительства не принималось без вывода министерства или согласия министра юстиции. Иногда вопросы вносятся (это допускает регламент) министрами непосредственно на заседаниях Кабмина, когда еще нет экспертного решения Минюста. Именно министр должен взять на себя политическую ответственность, оценить правовое содержание документа и, если он не вступает в противоречие с актами более высокой юридической силы, то такое решение может быть принято.
Фактов игнорирования вы не помните?
Надо отдать должное корпоративной правовой культуре. В разных форматах, но ее придерживаются.
То, что Виктор Медведчук выиграл суды и вошел в состав Высшего совета юстиции (ВСЮ), повлияет на деятельность последнего?
Не стоит переоценивать. Относительно кого такое решение не было бы принято, Высший совет юстиции состоит из 20 членов, а речь идет лишь об одном. Я не вникал в эту ситуацию, да и ВСЮ окончательного решения еще не принимал. Виктор Медведчук остается членом Высшего совета юстиции, а имеет он полномочие или нет - вопрос спорный. Ведь присяги члена ВСЮ после повторного избрания он не давал. Знаю, что есть позиция, что присягу он уже дал, когда впервые стал членом ВСЮ. Тем не менее, если президента или народного депутата избирают повторно, мы же не говорим, что он не должен присягать в парламенте во второй раз, так как он уже раз присягал?!
Насколько он, как опытный юрист, сейчас влияет на публичную политику?
Есть две составляющие публичной политики. Это общественное признание - авторитет в обществе и влиятельность с точки зрения коммуникации. О первой составляющей я не хотел бы судить. Что касается юридического цеха, то он, действительно, имеет значительный опыт и юридической, и правовой работы. Как этот опыт будет применен, зависит от него самого.
До сих пор вы его активной работы не ощущали?
Публично - нет.
А частным образом?
(Разводит руками.)
Удается ли придерживаться нейтральной позиции в работе председателя Верховного суда? У него, в самом деле, серьезные трудности в коммуникации и с вами, и с президентом?
Я регулярно встречаюсь с Василием Онопенко на заседаниях Высшего совета юстиции, действую безоговорочно к личным симпатиям или антипатиям. Стараюсь поддерживать надлежащий уровень коммуникации, какая бы оказывала содействие в реализации задач, поставленных перед министром юстиции.
А вы со стороны председателя Верховного суда Украины ощущаете некорректные действия?
Не ощущаю ничего такого, что бы могло повредить полноценной моей работе.
Как мог возникнуть этот конфликт вокруг расформирования Окружного административного суда г. Киева? Кактакой важный вопрос решили без главы ВСУ?
В ситуации относительно ликвидации Окружного административного суда г. Киева юрисдикции главы Верховного суда Украины нет. Уверен, что в той ситуации суд и судью Калиберду использовали поли тики для торпедирования выборов в довольно сомнительный способ. Суд местного уровня не имеет права решать споры такого уровня.
Василий Онопенко как глава ВСУ тоже был использован?
С точки зрения этики взаимоотношений я должен удержаться от комментариев по этому поводу. После политических конфликтов вокруг судов вы с ним обсуждали состояние дел в судебной системе?
Я занимаю публичную позицию, которую неединожды высказывал в средствах массовой информации и на заседании президиума Рады судей. Частных разговоров с председателем ВСУ не вел, так как они могут переместиться в плоскость субъективных оценок. Убежден, что такие события должны получить исключительно публичную оценку, в том числе министра юстиции, руководителей судебной системы, судейского самоуправления, которое должно вести себя самокритично и выяснить, как могло случиться так, что судья взял к рассмотрению дело, не имея на то юрисдикции. К сожалению, судейское сообщество пока своей оценки не дало, и меня это беспокоит. Мало апеллировать к исполнительной власти, к главе государства, к обществу. Надо быть требовательным и к себе. Это тот случай, когда есть основания говорить о наличии определенных мотиваций, возможно, с политическим подтекстом, почему дела в судах решали таким образом. Тем не менее, решение президента со стороны выглядело как расправа над своенравным судом... Как известно, представление о ликвидации (реорганизации) суда и создании на его основе двух других было внесено до того, как возникла ситуация с приостановлением судьей Калибердой действия указа президента Украины о досрочных выборах. Это во-первых. Во-вторых, при условии, если бы сама судебная система была способной обеспечить апелляционный пересмотр этого незаконного решения, дело не получило бы такой общественный резонанс и, возможно, не подтолкнуло к тем или иным действиям.
Вас лично зацепил экономический кризис?
Существенно его я не ощутил. Ни я, ни семья не имеем активов, которые были бы инвестированы в уставные фонды компаний, банков. Так получилось, что мы не держали деньги в ценных бумагах, а, прежде всего, пострадали именно эти категории граждан. Поэтому очевидных прямых угроз в семье не возникло. Вместе с тем обменный курс дает о себе знать.
А вы сохраняете деньги в долларах?
Думаю, каждая семья имеет какие-то активы в иностранной валюте. До назначения министром я работал руководителем одной из мощных юридических фирм. Естественно, имею определенные накопления, их сейчас и использую. Также работает моя жена.
Будут ли сокращения людей в структуре Минюста?
Мы как раз разрабатываем министерскую программу сокращения расходов. Как министр я буду применять инструмент сокращения госслужащих лишь как крайнее мероприятие, если ситуация с государственным финансированием будет ухудшаться. Сегодня такой необходимости нет. Единственное решение, принятое нами - не нанимать на работу новых работников, не занимать вакантные должности, чтобы иметь определенный ресурс на случай сокращения финансирования.
Почему с 2004 года говорят об электронном реестре избирателей, тем не менее его до сих пор нет? Думаю, этот вопрос слишком политизируют. Реестр необходим, и Минюст поддерживает его создание. Принят соответствующий закон, и президент его подписал. Однако когда его принимали, не учли ситуацию с внеочередными выборами. И еще возник ряд непредусмотренных обстоятельств относительно его создания, связанных с борьбой: за получение госзаказа. Все же не следует переоценивать значение электронного реестра: он будет иметь те же недостатки, что и списки избирателей. Не имея реестра физических лиц, полных отраслевых реестров, Украина не сможет обеспечить эффективную работу реестра избирателей. Ведь постоянно кто-то умирает, кто-то становится совершеннолетним, кто-то покидает или попадает в тюрьмы, тысячи украинцев меняют место своей регистрации, вступают в брак... Чтобы внести все эти данные в единую базу, нужно, чтобы информация онлайн поступала одновременно из всех источников в реестр избирателей. Пока это технически сложно сделать.
| На попередню сторінку |
