Фиктивные банкротства и мораторий на отчуждение госимущества очень мешают Виктории Тисногуз и другим государственным исполнителям исполнять решения судов

На прошлой неделе «ЭИ» стало известно, что Минюст вынесет на рассмотрение правительства и парламента еще один законопроект, предусматривающий отмену моратория на принудительное отчуждение имущества госпредприятий и предприятий, доля государства в которых не менее 25%. С просьбой прокомментировать это решение «ЭИ» обратились к Виктории Тисногуз, директору департамента государственной исполнительной службы Украины (ТИС). В ходе беседы она рассказала корреспонденту «ЭИ» много интересного о продолжающемся реформировании ГИС.

— Виктория Васильевна, с какой целью в апреле в Минюсте и при областных управлениях юстиции были созданы отделы принудительного исполнения?

— Как свидетельствует практика, серьезные проблемы возникают, когда нужно исполнять решения судов по делам, ответчиками в которых выступают центральные органы исполнительной масти, правительство или аппарат парламента. А также когда суды рассмотрели дела, в которых фигурируют крупные суммы — 5-10 млн. грн. Именно для решения таких проблем и были созданы отделы принудительного исполнения. Сейчас в отделе при департаменте ГИС на исполнении находится более трех тысяч решений, и все они сложные и резонансные. А в мае Минюст разработал порядок создания исполнительных групп, когда над одним производством работают не сколько госисполнителей. Надо сказать, что нововведение полностью оправдало себя.

— 29 июля в парламенте был зарегистрирован проект закона «О внесении изменений в Закон Украины «Об исполнительном производстве». Он предлагает взимать исполнительный сбор с должника только после удовлетворения требований кредитора, поскольку сейчас исполнители, получив сбор, теряют интерес к взысканию основной суммы долга. Вы так не считаете?

— Не думаю, что принятие такого закона что-то изменит в лучшую сторону. За взимание исполнительного сбора мы боролись более пяти лет. И только сейчас госисполнители стали получать вознаграждение после своевременного выполнения судебных решений. Принятие такого закона — будем говорить прямо — сразу негативно скажется на мотивации госисполнителей, материально-техническом обеспечении ГИС и в конечном счете на качестве исполнении решений судов. Ведь исполнительный сбор в первую очередь идет на расходы по исполнительному производству, например на экспертную оценку взыскиваемого имущества. А на практике от предлагаемых изменений пострадают сами кредиторы. Вот поэтому-то мы и будем выступать против таких необдуманных, с нашей точки зрения, изменений.

— Что же, логично. Но, кстати, о мотивации: сейчас 2% суммы взысканных средств причитается госисполнителю, который исполнил решение. Однако, по нашим данным, до последнего времени эти средства исполнителям не поступали. Это правда?

— Нельзя сказать, что исполните ли совсем не получают этих денег — они их получают, но не всегда и не полностью. Но проблемы действительно существовали. В частности, раньше не было механизма по лучения исполнителями процента с взысканных средств. Однако теперь такой порядок разработан.

— 10 июля 2003 года в соответствии с изменениями, внесенными в Законы «О государственной исполнительной службе» и «Об исполнительном производстве» размер исполнительного сбора был повышен вдвое — до 10% взыскиваемой суммы долга. Не слишком ли?

— Да, раньше сбор составлял 5%. Мы достаточно хорошо изучили практику исполнительного производства за рубежом и пришли к выводу, что самый приемлемый вариант — 10%. Это не так уж и много. Кроме того, следует учитывать, что существуют категории дел, по которым исполнительный сбор вообще не взимается. Например, дела по алиментам или по конфискации имущества.

— Две недели назад парламентский комитет по вопросам правовой политики отклонил законопроект, согласно которому признанная контрагентом кредитора претензия должна считаться одним из видов исполнительного документа. Тем не менее этот законопроект собираются вскоре вынести на голосование парламента. Как Вы относитесь к такому предло жению?

—Я считаю, что признанными претензиями должен заниматься суд. Были и случаи подделок таких документов. Ведь госисполнитель — не следователь, и его не должен волновать вопрос подлинности документа, на основании которого он взыскивает имущество. Кроме того, возникает достаточно много проблем и с частично признанной претензией. В частности, госисполнитель вынужден сам решать, признана определенная претензия полностью или частично, а ведь это компетенция суда. Вот поэтому мы против принятия такого законопроекта.

— А обращаются ли в ГИС кредиторы, дела которых рассматривали третейские суды, для возбуждения исполнительного производства на основании их решений? Ведь 18 февраля Конституционный суд постановил, что решения третейских судов признаются исполнительными документами.

— Пока решений третейских судов к нам не поступало, хотя сегодня их зарегистрировано достаточно много. Видимо, пока при исполнении решений этих судов стороны обходятся без ГИС. И все же думаю, поступление к нам — это только вопрос времени.

— Давайте поговорим о цене, по которой реализуются активы должников. Известно, что 21 октября парламент принял закон, согласно которому цена реализуемого ГИС имущества на первых публичных торгах не должна быть ниже его номинальной стоимости. А ведь раньше было 80%. Кроме того, при повторных торгах начальная цена имущества уменьшается не более чем на 30%. Удается ли реализовывать активы по таким ценам?

— Если учитывать интересы сторон, то, естественно: чем выше стоимость имущества, тем лучше. Да и сам должник от этого только выиграет. Проблемы с реализацией имущества при новом механизме вряд ли возникнут. Если имущество неликвидное, то оно не пойдет ни за 100%, ни за 80% его стоимости.

— Тогда же, 21 октября, парламент отклонил два законопроекта, которые предлагали отменить мораторий на принудительное отчуждение имущества госпредприятий и предприятий, доля государства в которых не менее 25%. Будет ли Минюст, в том числе специалисты ГИС, настаивать на полной отмене моратория?

— Мы были очень расстроены тем, что парламент отклонил наш законопроект по отмене моратория, мы над ним работали около двух лет. Но Минюст не изменил свою точку зрения — мораторий необходимо отменить. Уже принято решение разрабатывать альтернативные проекты.

— Вместе с тем президент подписал закон, разрешающий принудительно взыскивать долги госпредприятий по зарплате. Поможет ли это госисполнителям работать с госдолжниками

— Целесообразность такого закона очевидна, но он фрагментарен по своей сути. Мораторий необходимо отменять, полностью. Как свидетельствует статистика, 40% должников по зарплате — госпредприятия. Радует уже тот факт, что госпредприятиям придется искать средства, и мы сможем возвращать людям заработанные деньги. А уж если они не найдут, то за работу примемся мы. И обычно мы находим то, что ищем. К сожалению, сегодня есть госпредприятия- должники, которые защищены от принудительного взыскания не толь ко мораторием, но и начатой процедурой банкротства. Я подозреваю, что во многих случаях банкротство - сплошная фикция, но доказать это очень сложно. Ряд энергогенерирующих предприятий «зависают» у нас годами, и мы ничего не можем поделать. Нужно изменять законодательство о банкротстве, в частности, крупных, стратегически важных государственных предприятий.

— Довольна ли ГИС сотрудничеством с организациями, выигравшими тендер на реализацию в 2003 году «конфиската»?

— В этом году с нами работали три госпредприятия — «Укрспецюст», «Спецсервис» при МВД и Центр государственного земельного кадастра при Госкомземе. Самый большой опыт по реализации арестованного имущества и самую развитую инфраструктуру в регионах имеет, конечно, «Укрспецюст». Центр государственного земельного кадастра и «Спецсервис» — структуры молодые, но они стараются, этого у них не отнимешь.

— По информации, которой располагает «ЭИ», в прошлом году проигравшая тендер организация собиралась подать иск. Чем закончилось разбирательство?

— Действительно, у «Аукциона техцентров «Мережа» были претензии к тендерной комиссии, однако иск в суд он так и не подал. Эта организация тоже достаточно профессиональна, и не исключено, что примет участие в тендере на следующий год. (Кстати, срок подачи заявок на этот тендер истекает сегодня, 15 ноября. — Ред).

— А как обстоят дела с созданием Единого реестра исполнительных производств?

— Его создание длится уже второй год. В идеале это будет общая база, которая объединит районные отделы ГИС с областными, а областные — с Минюстом. В нее будут внесены все исполнительные производства и этапы работы по ним. На сегодня к сети подключено 350 отделов ГИС, а к концу года, надеемся, в реестре будут все 700 отделов службы. Со следующего года он заработает «на всю катушку». А что до пользы реестра — так она очевидна. Госисполнитель сможет нормально работать, а не переписывать процессуальные документы от руки, не нужно будет искать информацию о том, какие исполнительные производства по его должнику открыты в соседней области. Правда, пока не определен доступ к реестру, но мы работаем...